«Кунг-Фу панда» и нарциссическая травма

«Кунг-Фу панда» и нарциссическая травма

При просмотре фильма «Кунг-Фу панда» 2008 года не мог отделаться от мысли, что это фильм о 2-х нарциссичесих травмах (думаю, дело в недавно прочитанной книге Кохута и эффекте Баадера — Майнхоф). Спойлер — главному герою удалось травму преодолеть.

2 антагониста картины — панда По и снежный барс Тай Лунг. Оба воспитывались родителями без учёта их желаний, в надежде что дети реализуют их мечту в жизни. Отец По мечтал сделать панду поваром супа, приёмный отец Тай Лунга — войном дракона.

Первую половину фильма панда мечтает о том, кем он хочет быть. О реализации он и не думает, ведь не привык делать то, что хочется. Зато он знает слово «надо» — надо делать суп, надо продавать суп. По преобразовывается и начинает идти к мечте благодаря случайному стечению обстоятельств. Его обуревает внутренняя неуверенность. Это не то, что от него хотят окружающие, а в поддержке окружающих нарцисс ищет себя.

Тай Лунг же в юности успешнее — всё, чего хотел отец, у барса получалось. Однако потом была неудача. Он не стал войном дракона, как мечтал (а на самом деле его отец) всю жизнь. Тут срабатывает нарциссическая ярость — необходимость отмщения, исправления несправедливости и нейтрализации вреда любыми средствами. Это попытка перейти к активной роли, причиняя боль другим и, одновременно, пытаясь восстановить свою высокую самооценку, на самом деле ложную. Тайл Лунг громит деревню, за что попадает в тюрьму. Барс убегает из неё, чтобы снова доказать окружающим —это он достоин звания воина дракона.

К концу фильма выясняется. что тайное знание, доступное воину дракона — это пустой лист бумаги. Панда По понимает, что это знак — поддержки и ответов не нужно искать снаружи, в других людях и символах. Поддержку обретает тот, кто поймёт — опора есть внутри человека. Это знание помогает ему победить барса Тай Лунга, и тем самым преодолеть нарциссическую травму.